Кантон Цюрих
Мария Анатольевна Шенини
Преподаватель русского языка, литературы и страноведения — дошкольное и школьное отделения
🎂 День рождения: 13 августа
⏱ Время прочтения: ~14 минут
Записаться на пробный урок →
🎂 День рождения: 13 августа
⏱ Время прочтения: ~14 минут
Записаться на пробный урок →
Образование
Казанский государственный педагогический университет
В каком филиале/городе вы работаете? Какие группы и программы вы ведёте?
Цюрих: Букварь, младшие, средние и старшие HSK-классы, литературный класс
Как вы пришли в педагогику?
Я выросла в династии учителей, и для меня педагогика — это естественный, живой путь, в котором можно создавать, передавать знания и вдохновлять.
Вы в «Матрёшке» больше 20 лет — это целая жизнь. Как всё начиналось?
В «Матрёшке» я действительно уже больше двадцати лет, и это не просто этап работы, а большая часть моей жизни. Всё начиналось очень живо и по-настоящему — это было время становления русскоязычного сообщества, поиска формата и понимания, какой должна быть школа для билингвов.
Меня привело сюда ощущение, что педагогика — мой путь. Передача знания, создание среды, вдохновение детей — всё это всегда было для меня чем-то органичным. «Матрёшка» стала пространством, где это внутреннее ощущение совпало с реальной потребностью семей.
Удерживает меня развитие. Школа менялась, росла, расширялась — вместе с ней росла и я как педагог. Появлялись новые программы, новые поколения учеников, новые задачи. Каждый этап требовал внутреннего обновления и профессионального движения вперёд.
За эти годы «Матрёшка» стала для меня живым культурным пространством — сообществом семей, детей и учителей, объединённых языком и памятью. Я вижу, как дети, которые когда-то были в Букваре, приходят уже во взрослые классы, и понимаю, что участвую в длинной истории их становления. В этом и заключается главная ценность.
Меня привело сюда ощущение, что педагогика — мой путь. Передача знания, создание среды, вдохновение детей — всё это всегда было для меня чем-то органичным. «Матрёшка» стала пространством, где это внутреннее ощущение совпало с реальной потребностью семей.
Удерживает меня развитие. Школа менялась, росла, расширялась — вместе с ней росла и я как педагог. Появлялись новые программы, новые поколения учеников, новые задачи. Каждый этап требовал внутреннего обновления и профессионального движения вперёд.
За эти годы «Матрёшка» стала для меня живым культурным пространством — сообществом семей, детей и учителей, объединённых языком и памятью. Я вижу, как дети, которые когда-то были в Букваре, приходят уже во взрослые классы, и понимаю, что участвую в длинной истории их становления. В этом и заключается главная ценность.
Чем вас вдохновляют ученики?
Меня вдохновляет их живой интерес, глубина мыслей и то, как они умеют слышать друг друга. Особенно вдохновляют старшие ребята, у которых уже формируется внутренняя позиция и собственный взгляд на мир.
Однажды мы обсуждали философские мотивы в произведениях Платонова, говорили о смысле и надежде, и в разговоре прозвучала песня, очень точно совпавшая с темой урока. Позже один из учеников выложил её в свой личный статус. Для меня это стало знаком того, что разговор продолжился внутри него и приобрёл личное значение.
Меня вдохновляет их ход мыслей и мои собственные идеи, которые рождаются в живом диалоге. Иногда я выстраиваю урок так, как это чувствуют и видят сами дети, особенно в творческих предметах. В такие моменты возникает настоящее сотворчество — и именно оно наполняет профессию смыслом.
Однажды мы обсуждали философские мотивы в произведениях Платонова, говорили о смысле и надежде, и в разговоре прозвучала песня, очень точно совпавшая с темой урока. Позже один из учеников выложил её в свой личный статус. Для меня это стало знаком того, что разговор продолжился внутри него и приобрёл личное значение.
Меня вдохновляет их ход мыслей и мои собственные идеи, которые рождаются в живом диалоге. Иногда я выстраиваю урок так, как это чувствуют и видят сами дети, особенно в творческих предметах. В такие моменты возникает настоящее сотворчество — и именно оно наполняет профессию смыслом.
А ещё вдохновляет дружба с учениками, которая протянулась через время.
Чем вы живёте помимо работы?
Театром, профессиональным искусством, чтением и путешествиями. Я получаю образование в сфере искусства — теория, история и менеджмент. Это расширяет моё педагогическое мышление и даёт новые инструменты для уроков.
Вы работаете с огромным возрастным диапазоном — от четырёхлеток в Букваре до студентов в литературном классе. Как устроены занятия с самыми маленькими?
Занятия в Букваре выстроены очень бережно и постепенно. В четыре года ребёнок приходит в пространство языка через игру, движение, звук и образ. Мы много говорим, рисуем, лепим, разыгрываем маленькие сценки. Через сказку, ритм и повторение дети начинают чувствовать язык, его мелодику и структуру.
В первый год важно сформировать слух, внимание к слову, расширить словарный запас и уверенность в речи. Мы учимся различать звуки, играть с ними, слышать их в словах. Ребёнок постепенно начинает осознавать, что слово можно разобрать, собрать, изменить.
Во второй год появляется системность. Дети знакомятся с буквами, учатся соединять их в слоги и слова, начинают читать короткие тексты. Параллельно развивается письмо — сначала в игровой форме, затем более осознанно.
За два года ребёнок проходит путь от интуитивного ощущения языка к первым навыкам чтения и письма. Самое главное — он сохраняет интерес и радость открытия, потому что язык для него становится живым и понятным пространством.
В первый год важно сформировать слух, внимание к слову, расширить словарный запас и уверенность в речи. Мы учимся различать звуки, играть с ними, слышать их в словах. Ребёнок постепенно начинает осознавать, что слово можно разобрать, собрать, изменить.
Во второй год появляется системность. Дети знакомятся с буквами, учатся соединять их в слоги и слова, начинают читать короткие тексты. Параллельно развивается письмо — сначала в игровой форме, затем более осознанно.
За два года ребёнок проходит путь от интуитивного ощущения языка к первым навыкам чтения и письма. Самое главное — он сохраняет интерес и радость открытия, потому что язык для него становится живым и понятным пространством.
А как проходит урок в младших классах — с первого по третий?
В младших классах урок становится более структурированным, но сохраняет живость и смену деятельности. Детям в этом возрасте важны движение, ритм и понятная логика занятия.
Обычно мы начинаем с речевой разминки, повторяем материал, тренируем произношение и внимание к слову. Затем переходим к новой теме — орфография, грамматика, развитие речи или чтение. Мы читаем вслух, учимся понимать текст, пересказывать, выделять главное, постепенно осваиваем построение предложений и написание небольших историй.
Особенным для меня на любом этапе остаётся уважение к ребёнку. Даже в более академической работе я сохраняю игровые формы, дружелюбную атмосферу и ощущение безопасности. В уроках всегда присутствуют творческие элементы и межпредметные связи — мы можем связать язык с историей, искусством, музыкой или окружающим миром.
К третьему классу дети уже чувствуют уверенность в чтении и письме, начинают осознавать язык как систему — и при этом сохраняют интерес и внутреннюю свободу.
Обычно мы начинаем с речевой разминки, повторяем материал, тренируем произношение и внимание к слову. Затем переходим к новой теме — орфография, грамматика, развитие речи или чтение. Мы читаем вслух, учимся понимать текст, пересказывать, выделять главное, постепенно осваиваем построение предложений и написание небольших историй.
Особенным для меня на любом этапе остаётся уважение к ребёнку. Даже в более академической работе я сохраняю игровые формы, дружелюбную атмосферу и ощущение безопасности. В уроках всегда присутствуют творческие элементы и межпредметные связи — мы можем связать язык с историей, искусством, музыкой или окружающим миром.
К третьему классу дети уже чувствуют уверенность в чтении и письме, начинают осознавать язык как систему — и при этом сохраняют интерес и внутреннюю свободу.
Ребёнок-билингв параллельно осваивает немецкий в школе и русский у вас. Как выстроить обучение, чтобы два алфавита не мешали, а помогали друг другу?
Для меня важно не противопоставлять два языка, а выстраивать между ними мост. Ребёнок-билингв способен мыслить в двух системах, и моя задача — не перегрузить его, а помочь увидеть закономерности.
На уроке мы полностью погружаемся в русский язык, но при необходимости я аккуратно сравниваю его с немецким. Мы обращаем внимание на сходства и различия в звуках, буквах, структуре слова и предложения. Это снижает тревожность и даёт ощущение опоры.
При обучении чтению я делаю акцент на развитии фонематического слуха и понимании связи звука и буквы. Это помогает ребёнку осознать, что алфавиты разные, но механизм чтения универсален.
На уроке мы полностью погружаемся в русский язык, но при необходимости я аккуратно сравниваю его с немецким. Мы обращаем внимание на сходства и различия в звуках, буквах, структуре слова и предложения. Это снижает тревожность и даёт ощущение опоры.
При обучении чтению я делаю акцент на развитии фонематического слуха и понимании связи звука и буквы. Это помогает ребёнку осознать, что алфавиты разные, но механизм чтения универсален.
Когда ребёнок начинает видеть, что языки не конкурируют, а дополняют друг друга, появляется уверенность. Я воспринимаю билингвизм как ресурс, который развивает гибкость мышления.
С какими трудностями чаще всего сталкиваются малыши и их родители в первые годы?
В первые годы обучения тревога чаще возникает у родителей. Их волнует, не будет ли ребёнку слишком сложно, не начнёт ли он путать языки, успеет ли за программой в швейцарской школе, хватит ли ему сил.
У малышей трудности обычно связаны с недостатком регулярной языковой практики дома — словарный запас формируется медленнее, речь развивается неравномерно. Возможны смешение языков, разные темпы освоения чтения и письма, временная неуверенность.
Особое беспокойство вызывает начало чтения — родителям кажется, что два алфавита запутают ребёнка. На практике, при выстроенной системе и спокойном темпе обучения, языки постепенно занимают своё место и начинают поддерживать друг друга.
Я объясняю родителям, что подобные трудности естественны для билингвальной среды, и при последовательной работе школы и семьи ребёнок выравнивается, обретает уверенность и двигается вперёд без внутреннего напряжения.
У малышей трудности обычно связаны с недостатком регулярной языковой практики дома — словарный запас формируется медленнее, речь развивается неравномерно. Возможны смешение языков, разные темпы освоения чтения и письма, временная неуверенность.
Особое беспокойство вызывает начало чтения — родителям кажется, что два алфавита запутают ребёнка. На практике, при выстроенной системе и спокойном темпе обучения, языки постепенно занимают своё место и начинают поддерживать друг друга.
Я объясняю родителям, что подобные трудности естественны для билингвальной среды, и при последовательной работе школы и семьи ребёнок выравнивается, обретает уверенность и двигается вперёд без внутреннего напряжения.
Как вы удерживаете интерес ребёнка, чтобы русский не стал «трудным предметом»?
Для меня важно, чтобы русский язык ощущался живым и понятным пространством, а не дополнительной нагрузкой. Интерес удерживается через смену деятельности, игровые элементы, творческие задания и постоянное ощущение успеха. Ребёнок должен видеть свой рост, даже если шаги небольшие.
Я стараюсь делать объяснения предельно простыми. Считаю это одной из главных задач учителя: в мире огромного количества информации именно учитель становится посредником, который превращает сложные знания в ясную и доступную систему. Простота рождает уверенность, а уверенность поддерживает интерес.
Особенно важно не допустить, чтобы в пятом-шестом классе русский начал восприниматься как тяжёлый предмет. В этот период возрастает объём материала, и ребёнку необходима поддержка. Я стараюсь сохранять живую атмосферу и показывать собственный интерес к литературе и истории.
Я стараюсь делать объяснения предельно простыми. Считаю это одной из главных задач учителя: в мире огромного количества информации именно учитель становится посредником, который превращает сложные знания в ясную и доступную систему. Простота рождает уверенность, а уверенность поддерживает интерес.
Особенно важно не допустить, чтобы в пятом-шестом классе русский начал восприниматься как тяжёлый предмет. В этот период возрастает объём материала, и ребёнку необходима поддержка. Я стараюсь сохранять живую атмосферу и показывать собственный интерес к литературе и истории.
Мне близка мысль о своеобразном треугольнике: учитель, ученик и предмет. Если между учителем и предметом есть искренний интерес, а между учителем и учеником — доверие, любовь к знанию передаётся естественно. Тогда язык становится частью внутренней жизни ребёнка.
Многие родители замечают, что дети из русской школы опережают швейцарских одноклассников. Вы это наблюдаете?
Действительно, родители часто отмечают интеллектуальный рост: ребёнок начинает быстрее считать, лучше строить логические цепочки, глубже понимать тексты, активнее размышлять. Русский язык выступает как упражнение для ума — он тренирует гибкость, память и способность структурировать мысль.
Вы работаете с подростками — пожалуй, самый непростой возраст. Что для вас самое сложное и самое интересное?
Работа с подростками требует большой внутренней и профессиональной собранности. В этом возрасте уже недостаточно просто хорошо знать предмет — важно быть последовательным и внутренне устойчивым. Подросток тонко чувствует интонацию, настроение, отношение к нему.
Самое сложное — он мгновенно распознаёт фальшь и формальность. Невозможно удержать его внимание только программой или требованием. Главное — быть искренним и честным. Это касается и маленьких детей, и подростков, потому что в любом возрасте ребёнок очень чувствителен к личности учителя.
Самое интересное — глубина их мышления. С ними можно обсуждать философию, сложные тексты, внутренние конфликты героев, проводить параллели с современной жизнью. При выстроенном доверии урок превращается в настоящий диалог.
Самое сложное — он мгновенно распознаёт фальшь и формальность. Невозможно удержать его внимание только программой или требованием. Главное — быть искренним и честным. Это касается и маленьких детей, и подростков, потому что в любом возрасте ребёнок очень чувствителен к личности учителя.
Самое интересное — глубина их мышления. С ними можно обсуждать философию, сложные тексты, внутренние конфликты героев, проводить параллели с современной жизнью. При выстроенном доверии урок превращается в настоящий диалог.
Обучение билингва — это не то же самое, что обучение ребёнка в России или иностранца. В чём принципиальная разница?
Ребёнок в России находится в естественной языковой среде — язык постоянно звучит вокруг него и поддерживается школой, обществом, культурой. Иностранец осваивает русский как новую систему с нуля.
Билингв — в иной ситуации. Русский для него родной по происхождению и эмоциональной памяти, но не всегда доминирующий в повседневной жизни. Он может свободно говорить, но испытывать трудности в письме, чтении или понимании сложных текстов. Часто наблюдается разрыв между бытовой речью и академическим уровнем языка.
Принципиальная разница в том, что работа строится не только на обучении, но и на сохранении языка как части личности. Здесь требуется особая чуткость и гибкость методики.
Билингв — в иной ситуации. Русский для него родной по происхождению и эмоциональной памяти, но не всегда доминирующий в повседневной жизни. Он может свободно говорить, но испытывать трудности в письме, чтении или понимании сложных текстов. Часто наблюдается разрыв между бытовой речью и академическим уровнем языка.
Принципиальная разница в том, что работа строится не только на обучении, но и на сохранении языка как части личности. Здесь требуется особая чуткость и гибкость методики.
В работе с билингвами язык становится не просто предметом, а средством поддержания культурной связи и внутренней целостности ребёнка.
За 20 лет у вас наверняка сложились свои приёмы и находки. Что работает лучше всего?
Лучше всего работает сочетание чёткой структуры и живого содержания. Билингвам необходима ясная опора, понятные алгоритмы, регулярное повторение. При этом материал должен быть наполнен смыслом и связан с их реальной жизнью.
Я часто использую сопоставительный подход — аккуратно сравниваю языковые явления, обсуждаю, как мысль строится в русском и в немецком. Это помогает детям почувствовать систему и уменьшает страх ошибок.
Одна из моих находок — работа через межпредметные связи и культурный контекст. Я соединяю язык с литературой, историей, искусством, иногда с музыкой. Даже грамматическая тема может быть встроена в разговор о тексте, эпохе или человеческом характере. Такой подход включает мышление и делает урок объёмным.
Ещё один важный приём — развитие устной речи через обсуждение серьёзных тем. Подростки охотно включаются в разговор, если чувствуют уважение к их мнению. В этот момент язык начинает работать как инструмент мысли, а не как набор правил.
Я часто использую сопоставительный подход — аккуратно сравниваю языковые явления, обсуждаю, как мысль строится в русском и в немецком. Это помогает детям почувствовать систему и уменьшает страх ошибок.
Одна из моих находок — работа через межпредметные связи и культурный контекст. Я соединяю язык с литературой, историей, искусством, иногда с музыкой. Даже грамматическая тема может быть встроена в разговор о тексте, эпохе или человеческом характере. Такой подход включает мышление и делает урок объёмным.
Ещё один важный приём — развитие устной речи через обсуждение серьёзных тем. Подростки охотно включаются в разговор, если чувствуют уважение к их мнению. В этот момент язык начинает работать как инструмент мысли, а не как набор правил.
С какими трудностями чаще всего приходят ученики и их родители? Что вы им говорите?
Чаще всего переживания похожи: нехватка регулярной языковой практики дома, разрыв между немецкой школьной средой и русской речью, усталость детей в конце дня. Родители волнуются, что ребёнок не успеет, отстанет или запутается в двух языках.
Я всегда объясняю, что такие трудности естественны для билингвальной среды. Это не признак неуспеха, а часть процесса. При системной работе в школе и поддержке дома ребёнок постепенно выравнивается и чувствует себя увереннее.
Родителям я советую сохранять спокойствие и не превращать язык в источник давления. Важно поддерживать регулярность, создавать дома живую языковую среду через разговоры, книги, совместные обсуждения. Главное — не требовать мгновенного результата, а быть рядом и показывать своим отношением, что русский язык — это ценность, а не обязанность.
Я всегда объясняю, что такие трудности естественны для билингвальной среды. Это не признак неуспеха, а часть процесса. При системной работе в школе и поддержке дома ребёнок постепенно выравнивается и чувствует себя увереннее.
Родителям я советую сохранять спокойствие и не превращать язык в источник давления. Важно поддерживать регулярность, создавать дома живую языковую среду через разговоры, книги, совместные обсуждения. Главное — не требовать мгновенного результата, а быть рядом и показывать своим отношением, что русский язык — это ценность, а не обязанность.
Как выглядит типичный урок в средних и старших классах?
Типичный урок строится с учётом билингвальной структуры мышления. Я понимаю, что русский для многих детей не является языком основной школьной среды, поэтому занятие всегда сочетает академическую точность и поддержку языковой уверенности.
В начале мы возвращаемся к предыдущему материалу, актуализируем лексику. Затем работаем с текстом — художественным произведением, историческим источником или публицистическим фрагментом. Анализируем содержание, обращаем внимание на лексику, композицию, образную систему, учимся формулировать мысль последовательно и аргументированно.
В старших классах мы часто сталкиваемся с серьёзными грамматическими темами, которые поначалу вызывают сопротивление. Подростки задают справедливый вопрос: буду ли я использовать это в жизни? Я стараюсь объяснить, что грамматика — это не только практический навык, но и способ организации мысли.
Интерес возникает, когда теория начинает работать в живом тексте. Мы изучаем, например, деепричастные обороты — и находим их в прозе Бунина или Чехова, наблюдаем, как с их помощью создаётся движение, настроение, интонация. Возникает интеллектуальная игра, в которой ученики видят связь между правилом и художественным миром автора.
В начале мы возвращаемся к предыдущему материалу, актуализируем лексику. Затем работаем с текстом — художественным произведением, историческим источником или публицистическим фрагментом. Анализируем содержание, обращаем внимание на лексику, композицию, образную систему, учимся формулировать мысль последовательно и аргументированно.
В старших классах мы часто сталкиваемся с серьёзными грамматическими темами, которые поначалу вызывают сопротивление. Подростки задают справедливый вопрос: буду ли я использовать это в жизни? Я стараюсь объяснить, что грамматика — это не только практический навык, но и способ организации мысли.
Интерес возникает, когда теория начинает работать в живом тексте. Мы изучаем, например, деепричастные обороты — и находим их в прозе Бунина или Чехова, наблюдаем, как с их помощью создаётся движение, настроение, интонация. Возникает интеллектуальная игра, в которой ученики видят связь между правилом и художественным миром автора.
С четвёртого класса появляется страноведение. Что это за предмет и почему он важен для билингва?
Страноведение — это не только факты из истории или географии, а формирование целостного культурного представления. Без понимания исторического и культурного контекста невозможно по-настоящему читать литературу. Нельзя глубоко понять текст, если не знаешь эпоху, в которой он создан, не чувствуешь времени и среды.
Мне очень близко само название «Окружающий мир». В нём уже заложена широта взгляда. Мир действительно окружает ребёнка в любой стране, и задача школы — показать, как на этот мир можно смотреть глазами историка, астронома, художника, писателя.
Страноведение часто выходит за рамки учебника. Мы ставим небольшие спектакли, создаём плакаты, готовим литературные мастерские, обсуждаем символы и образы.
Для ребёнка-билингва этот предмет особенно важен, потому что он помогает почувствовать культурные корни языка. Язык начинает восприниматься не как набор правил, а как отражение истории, мышления и образа жизни. В результате ребёнок учится свободно существовать сразу в двух культурных пространствах и видеть мир объёмно.
Мне очень близко само название «Окружающий мир». В нём уже заложена широта взгляда. Мир действительно окружает ребёнка в любой стране, и задача школы — показать, как на этот мир можно смотреть глазами историка, астронома, художника, писателя.
Страноведение часто выходит за рамки учебника. Мы ставим небольшие спектакли, создаём плакаты, готовим литературные мастерские, обсуждаем символы и образы.
Для ребёнка-билингва этот предмет особенно важен, потому что он помогает почувствовать культурные корни языка. Язык начинает восприниматься не как набор правил, а как отражение истории, мышления и образа жизни. В результате ребёнок учится свободно существовать сразу в двух культурных пространствах и видеть мир объёмно.
Зачем билингву в Швейцарии Пушкин и Чехов?
Билингву Пушкин и Чехов нужны не как формальные фигуры школьной программы, а как основа культурного кода языка. Пушкин сформировал современный литературный русский язык, а Чехов открыл новую глубину психологической прозы и особую интонацию наблюдения за человеком.
Для подростка, который растёт в другой культуре, важно увидеть, что классика не отделена от современности. Я стараюсь находить литературные параллели с современными русскими авторами и с европейской литературой. Мы сопоставляем темы, образы, интонации, смотрим, как идеи переходят из эпохи в эпоху.
Для подростка, который растёт в другой культуре, важно увидеть, что классика не отделена от современности. Я стараюсь находить литературные параллели с современными русскими авторами и с европейской литературой. Мы сопоставляем темы, образы, интонации, смотрим, как идеи переходят из эпохи в эпоху.
Когда ребёнок видит, что европейские писатели вдохновлялись русской литературой, что диалог культур продолжается — Пушкин и Чехов перестают быть далёкой классикой и становятся участниками большого европейского разговора о человеке.
Вы ведёте литературный класс для старшеклассников и студентов. Как он родился?
Литературный класс родился естественно. Со временем появились старшие ученики, которым стало тесно в рамках школьной программы. Им хотелось читать глубже, свободнее обсуждать тексты, выходить за пределы обязательного списка. Постепенно вокруг этого интереса сформировалась группа, и занятия превратились в пространство серьёзного разговора о книгах и смыслах.
В классе занимаются старшеклассники и студенты, для которых русский язык остаётся важной частью их внутренней и интеллектуальной жизни. Мы читаем русскую классику и современную прозу. Например, обращались к произведениям Бернхарда Шлинка — читали на русском, а у многих были книги и на немецком, и мы сопоставляли переводы, обсуждали, как меняется интонация и смысл. Говорили о теме памяти, времени, ответственности поколений, о личном выборе человека внутри истории.
Мы поддерживаем чтение фрагментами фильмов, документальными материалами, обращаемся к театру, изобразительному искусству. Текст начинает звучать объёмно, вступает в диалог с другими видами искусства.
Этот класс ценен тем, что литература здесь становится формой свободного культурного мышления. Русский язык естественно сосуществует с другими языками и традициями, а разговор о книге выходит далеко за пределы школьного формата.
В классе занимаются старшеклассники и студенты, для которых русский язык остаётся важной частью их внутренней и интеллектуальной жизни. Мы читаем русскую классику и современную прозу. Например, обращались к произведениям Бернхарда Шлинка — читали на русском, а у многих были книги и на немецком, и мы сопоставляли переводы, обсуждали, как меняется интонация и смысл. Говорили о теме памяти, времени, ответственности поколений, о личном выборе человека внутри истории.
Мы поддерживаем чтение фрагментами фильмов, документальными материалами, обращаемся к театру, изобразительному искусству. Текст начинает звучать объёмно, вступает в диалог с другими видами искусства.
Этот класс ценен тем, что литература здесь становится формой свободного культурного мышления. Русский язык естественно сосуществует с другими языками и традициями, а разговор о книге выходит далеко за пределы школьного формата.
Какие результаты радуют вас больше всего?
Больше всего меня радуют не формальные результаты и сертификаты, хотя это важный этап. В первую очередь для меня ценны внутренние изменения, которые происходят с ребёнком.
Бывают ученики, которые приходят с сомнением или даже с сопротивлением. Им кажется, что язык сложный, что он не пригодится, что это лишняя нагрузка. Постепенно, через спокойную работу, через чтение и обсуждения, через маленькие шаги — отношение меняется. Появляется интерес, затем уважение к предмету, а иногда и искренняя привязанность.
Я понимаю, что не все дети становятся блестящими авторами письменных работ, и это не самоцель. Гораздо важнее для меня эмоциональное соприкосновение с культурой — тот момент, когда ребёнок начинает любить текст, интересоваться историей, задавать вопросы, выбирать чтение самостоятельно.
Бывают ученики, которые приходят с сомнением или даже с сопротивлением. Им кажется, что язык сложный, что он не пригодится, что это лишняя нагрузка. Постепенно, через спокойную работу, через чтение и обсуждения, через маленькие шаги — отношение меняется. Появляется интерес, затем уважение к предмету, а иногда и искренняя привязанность.
Я понимаю, что не все дети становятся блестящими авторами письменных работ, и это не самоцель. Гораздо важнее для меня эмоциональное соприкосновение с культурой — тот момент, когда ребёнок начинает любить текст, интересоваться историей, задавать вопросы, выбирать чтение самостоятельно.
Если я вижу, что у ученика появляется внутреннее движение, желание идти дальше без внешнего давления — значит, создана та атмосфера, на которой может строиться любовь к языку и культуре. И тогда появляется шанс, что однажды он захочет передать эту ценность дальше.
Что бы вы посоветовали родителям, которые сомневаются — не поздно ли, не сложно ли, потянет ли ребёнок?
Я бы посоветовала не бояться начинать и не ждать «идеального момента». В изучении языка нет понятия «слишком рано» или «слишком поздно». Есть только готовность семьи поддерживать процесс спокойно и последовательно.
Часто сомнения связаны со страхом перегрузки. Родителям кажется, что ребёнку будет сложно, что он не справится или быстро потеряет интерес. На практике многое зависит от атмосферы и настроя взрослых. Если язык подаётся не как обязанность, а как ценность и возможность, ребёнок постепенно включается.
Важно не требовать мгновенных результатов и не сравнивать с другими. Каждый билингв развивается в своём темпе. Гораздо важнее сохранить уважение к языку в семье, говорить на нём, читать, интересоваться вместе с ребёнком.
Часто сомнения связаны со страхом перегрузки. Родителям кажется, что ребёнку будет сложно, что он не справится или быстро потеряет интерес. На практике многое зависит от атмосферы и настроя взрослых. Если язык подаётся не как обязанность, а как ценность и возможность, ребёнок постепенно включается.
Важно не требовать мгновенных результатов и не сравнивать с другими. Каждый билингв развивается в своём темпе. Гораздо важнее сохранить уважение к языку в семье, говорить на нём, читать, интересоваться вместе с ребёнком.
Почему важно сохранять русский язык у детей, живущих в Швейцарии?
Любой язык — это особый взгляд на мир, возможность мыслить по-другому. И чем шире эти возможности, тем богаче человек. Русский язык становится внутренним ресурсом, мостом к культуре, мышлению и миру родителей.
Почему «Матрёшка» стала для семей чем-то большим, чем просто школа?
Потому что когда «Матрёшка» появилась, это было первое место русского детства — пространство, напоминающее родителям их собственные счастливые моменты, тепло и атмосферу дома. Постепенно школа росла, развивалась — и естественным образом стала тем местом, где семья чувствует связь с культурой, сообществом и корнями. Поэтому она так быстро и так крепко вошла в жизнь русскоязычных семей Швейцарии.
Если бы вы могли обратиться ко всем русскоязычным родителям — что бы вы сказали?
Бережно храните язык. Передавайте его детям с любовью, вниманием, мягкостью — так, чтобы у них возникло собственное желание сохранить и продолжить эту традицию. Важно передавать не только знания, а именно любовь к культуре. Через язык развивается не только интеллект, но и эмоциональный, эстетический мир ребёнка. Если дети почувствуют эту ценность — они тоже смогут однажды передать её дальше.